Тысяча рублей

Господа, хочу ответить на ваш вопрос
Относительно моего небрития.
Дело в том, что кончилась пена.
Пена для брития.
Совсем уже скоро двадцать
Третье февраля.
Ведь в этот день проснусь я,
А пена для брития
Будет стоять у раковины
Звездный час свой ждя.
И за одно мгновенье
Пена для брития
Из бородатого дяди
В мальчишку обреет меня.
P.S.: Эй, парень, а есть ли у тебя пена для бритья? Нет? Значит эти стихи про тебя!
Под звёздным небосводом,
Возникающем в ночи,
Бредут куда-то люди,
Исчезая, там, в дали…
А я иду по тёмной,
Очень темной мостовой,
И где-то очень сильно
Спать захочет постовой.
Поднялся я на бортик,
Собираясь прыгнуть вниз.
Я прыгнул. Зацепился
Чем-то крепко за карниз.
Но к сожалению кто-то
Мой карзнизик подпилил
И не успел я двинуться,
Как как камнем вниз поплыл…
Февраль. Достать чернил и плакать.
Писать о феврале навзрыд,
Пока грохочущая слякоть
Весною черною горит.
Достать пролетку. За шесть гривен
Чрез благовест, чрез клик колес
Перенестись туда, где ливень
Еще шумней чернил и слез.
Где, как обугленные груши,
С деревьев тысячи грачей
Сорвутся в лужи и обрушат
Сухую грусть на дно очей.
Под ней проталины чернеют,
И ветер криками изрыт,
И чем случайней, тем вернее,
Слагаются стихи навзрыд.
Первые четыре строчки есть в песне Регины Спектр
В понедельник, а может в субботу,
Разорвется мой рот от зевоты.
Я скажу: «Твою мать…», и упав на кровать,
Разложусь на аминокислоты.
© Gleb Mikheev, 2001